Последний тайм. Глава Ботева и другие случаи убийств футбольных менеджеров

МОСКВА, 1 октября. /ТАСС/. В ночь на 30 сентября в Пловдиве выстрелом в голову был убит президент местного футбольного клуба "Ботев" 53-летний Илиян Филипов. Он руководил клубом с августа, хотя фактически удерживал его на плаву с лета 2025-го, когда тот оказался на грани краха.

Неслучайно в заявлении "Ботева" было сказано, что его вклад в спасение клуба невозможно переоценить. Также Филипов возглавлял объединение "Бизнес за Пловдив" и владел частью PIMK - крупнейшей транспортной компании Болгарии с 1,5 тыс. сотрудников и оборотом в 234 млн левов (11 млрд рублей). Полиция начала расследование. В Болгарии перед правоохранительными органами уже далеко не в первый раз ставят задачу найти убийцу и заказчика убийства футбольного менеджера.

Пловдив - второй по величине город Болгарии, и в футбольном смысле он проклят. В 2004 году местный "Локомотив" впервые выиграл чемпионат страны, маленький клуб сломал дуополию ЦСКА и "Левски". Это была бы чистая сказка, если бы за титулом не последовала вереница гробов. Еще раньше, в 1995 и 1998 годах, были убиты два члена первого совета директоров клуба, избранного в 1993-м, - Георги Калапатиров и Петар Петров. Но самое страшное было впереди.

Николай Попов по прозвищу Мартеницата входил в тот же первый состав правления 1993 года и раньше был президентом клуба. 2 марта 2005 года киллеры подкараулили его возле дома в Софии, где он проживал: перед тем как застрелить, жестоко избили. Следователи сочли мотивом огромные долги Попова фигурам из криминального мира. Через полгода, 25 августа, убили действующего владельца клуба - Георгия Илиева, который купил "Локомотив" в 2001 году и объединил его со своей командой "Велбажд". Илиев считался одним из ведущих криминальных авторитетов Болгарии и возглавлял группу ВИС-2 - структуру, которую, по данным полиции, связывали с наркоторговлей, контрабандой, рэкетом и вымогательством. Однако его влияние на клуб имело и положительный эффект: инвестиции позволили "Локомотиву" бросить вызов столичным гегемонам и впервые выиграть национальный чемпионат. Но в тот августовский вечер, через несколько часов после выхода "Локомотива" в первый раунд Кубка УЕФА, Илиева в принадлежащем ему баре "Будда" на черноморском курорте "Солнечный берег" застрелил снайпер. Пуля прилетела в сердце - убийца стрелял с большого расстояния и явно был профессионалом.

В мае 2007-го убили следующего президента "Локомотива" - Александра Тасева, возглавившего клуб весной 2006-го. Почерк того преступления напоминает историю с Филиповым: две пули в голову. Министр внутренних дел Румен Петков сообщал, что в 2001 году против Тасева велось расследование, но не уточнял подробности, а больше зацепиться было не за что.

За 10 лет, с 2003 по 2013 год, в Болгарии убили 15 руководителей футбольных клубов, а всего за этот период погибли более 200 человек, так или иначе связанных с футболом. В стране действовало около 130 организованных преступных групп, и многие из них вкладывали деньги в футбол - потому что футбол был не спортом, а способом легализации, влияния и доступа к ресурсам. При этом многие убийцы оставались безнаказанными, поэтому трагедии происходят и сегодня.



Сербия: выстрел в холле ассоциации



В сербском футболе, как в зеркале отразились все проблемы страны в 90-е: война, санкции, гиперинфляция, криминализация экономики. В условиях международных санкций и развала Югославии трансферы игроков за рубеж оставались одним из немногих источников дохода - "Црвена Звезда" и "Партизан" заработали миллионы на продаже футболистов. Контроль над трансферной системой стал вопросом жизни и смерти, и именно вокруг нее формировались теневые схемы, в которых функционеры, агенты и криминальные структуры переплетались так тесно, что различить их подчас не представлялось возможным.

Фигурой, олицетворявшей это переплетение, был Желько Ражнатович по прозвищу Аркан, разыскивавшийся Интерполом криминальный авторитет, полевой командир, депутат парламента и владелец клуба. В 1996 году он купил белградский "Обилич" из второго дивизиона и через два сезона сделал его чемпионом Югославии, опередив "Црвену Звезду" и "Партизана". По свидетельству владельца другого клуба, Аркан заставил его уступить команду, приставив пистолет к виску. В итоге Ражнатович был убит сам, а после его смерти в январе 2000 года созданная им империя рухнула: клуб увяз в долгах, а вдова, певица Цеца, попыталась продолжить торговлю игроками, присваивая себе доходы от сделок, что вскоре вскрылось.

Именно в эту среду попал Бранко Булатович, генеральный секретарь Футбольной ассоциации Сербии и Черногории, - 52-летний черногорец, адвокат, занимавший этот пост с 1991 года и с 1997-го являвшийся членом комиссии Союза европейских футбольных ассоциаций (УЕФА) по трансферам. 26 марта 2004 года неизвестный дважды выстрелил ему в затылок в холле здания ассоциации в центре Белграда, Булатович скончался в госпитале. Официальные лица заявляли, что информации ни о каких угрозах не было, но пресса почти сразу указала на вероятный мотив: по данным сербских СМИ, Булатович пытался положить конец практике договорных матчей. Как бы там ни было, преступление не раскрыто до сих пор.



Самый известный случай в России



В России огонь также велся по всей вертикали: от генерального директора до селекционера. Логика была аналогична мотивам преступлений в других странах: место в футбольной иерархии означало доступ к деньгам, трансферам, схемам и, следовательно, к риску.

Самым известным примером является убийство Ларисы Нечаевой, которая стала генеральным директором московского "Спартака" в 1994 году - первая женщина на таком посту в российском футболе. Она пришла из издательского бизнеса и быстро перестроила коммерческую работу: привлекла спонсоров, запустила новые проекты и планировала открыть сеть заправок под брендом клуба.

14 июня 1997 года "Спартак" обыграл нижегородский "Локомотив" 1:0, и Нечаева вместе с подругой, братом и его знакомым поехала на дачу во Владимирскую область. На следующий день, когда женщины возвращались из магазина, за ними увязался красный "Москвич", двое молодых людей ворвались следом на территорию дачи и загнали Нечаеву в дом. Они заявили, что за ее убийство им заплатили $10 тыс., но готовы "продать контракт" - за $100 тыс. Нечаева согласилась, попросила отсрочку до понедельника. На шум спустился брат, и один из бандитов сорвался: "Стреляй!" Подругу убили выстрелом в голову, Нечаеву ранили в живот и выстрелили в затылок, брату прострелили шею - но он выжил и поднял тревогу.

Убийц установили быстро, а вот заказчика не нашли, и преступление не раскрыто до сих пор. Версий было множество: конфликт с вице-президентом клуба за контроль над финансами, месть неких криминальных авторитетов за трансфер вратаря Руслана Нигматуллина, конкуренция на топливном рынке, связи с лазанской ОПГ, "отмывавшей" через клуб деньги. Времена были непростыми, и Нечаева чувствовала опасность: за девять дней до гибели она договорилась с телохранителями о работе с 16 июня. Убили ее 15-го.



Почему футбол



У каждого из этих убийств свой контекст - от криминальных разборок до личных долгов. Но общий знаменатель очевиден: в футболе крутятся большие деньги, а прозрачность управления, особенно в странах с нестабильной политической ситуацией, оставляет желать лучшего. В Болгарии 1990-2000-х, в Сербии времен санкций и войн, в России тех же 90-х владение клубом или должность в футбольной ассоциации ставили тебя под угрозу со стороны конкурентов. Где есть большие деньги и непрозрачные схемы - там есть и пуля, которая становится инструментом разрешения споров. Илиян Филипов - очередное имя в этом скорбном списке.